smehov smehow
Главная Друзья Форум
   
Биография
Спектакли
Кинофильмы
Телевидение
Диски
Концерты
Режиссер
Статьи
Инсценировки
Книги
Статьи
Телевидение
Кинофильмы
Спектакли
Фотобиография

"Что, друг Атос, поговорим?"

Вениамина Смехова представлять и надо, и не надо. Всероссийский Атос, которому девушки до сих пор в Интернете признаются в любви, даром, что фильму минуло 25 лет - этого Смехова кто ж не знает? Куда меньшая часть аудитории знает его как театрального актера, одного из тех, на ком держалась знаменитая Таганка, а еще как литератора и режиссера. Вениамин Смехов моложав, подтянут и хорош собою, при виде его не всплывают мысли о возрасте, но Юрий Визбор был его другом, Высоцкий - соратником, Смехов знавал Булата Окуджаву и Александра Галича...
Вениамина Смехова очень интересно слушать - не только из-за актерского дара и дара рассказчика, оттеняемых безупречным чувством юмора и благородной манерой оставаться в тени тех, о ком в этот момент речь. Его истории ненавязчиво перекидывали мостик от тех времен к этим и обратно. Редко вспоминаемые добрым словом семидесятые годы вообще-то давали повод гордиться Отечеством - столько могучих и феерических личностей собралось тогда в едином пространстве и времени.

Из двухчасовой беседы, которой Смехов одарил штучную аудиторию, собравшуюся в только что созданном "Клубе Александра Галича", - интеллектуалов Академгородка, членов клуба самодеятельной песни, и Германа Безносова, принимавшего у себя Галича сорок шесть лет назад, и юную актрису, и директора завода, в чьем кабинете висят только портреты Высоцкого, и ни одного портрета президента, и т. д., - из этой беседы я выбрала отрывки, показавшиеся мне важными, или увлекательными, или забавными, намеренно оставив в стороне неисчерпаемые, но знакомые темы Таганки, Любимова или Высоцкого. О дороге на Затулинку - У меня был друг, Зиновий Паперный, безудержно талантливый и остроумный человек, чеховед, член худсовета нашего театра. Он автор многих блестящих выражений, например, "Жизнь - это единственный выход из создавшегося положения". А самая известная его фраза - "Да здравствует то, благодаря чему мы несмотря ни на что!" Ее часто используют, не указывая, понятное дело, авторства.

Голос с другого конца стола: "У нас этот плакат с 88 - 89-х годов висит в Кировском районе на обочине дороги. Когда он появился, все были шокированы. Но он с тех пор так и остался, его даже подновляют периодически. Мы авторство можем и восстановить. А потом сфотографируем и пришлем вам!"

О литературе "на вес"

- Вчера с концерта в Академгородке я унес восемь килограммов книг. Говорю об этом с потухшим чувством юмора. Я знал, что в нашей стране существует эта инфекция: если я что-то написал, то обязательно надо, чтобы об этом узнали другие! Потому что, если Пушкину можно, почему мне нельзя? В нас это сидит неискоренимо, и этого нет больше ни в одной другой стране, даже у зулусов. У меня были концерты и встречи на Западе, там подходит к тебе после концерта человек, и, в крайнем случае, он может сказать: "Я тоже пишу стихи", - все!
Но какой же русский не любит писать стихи и читать их принародно?.. И вот как-то в Ванкувере подходит ко мне человек и с загадочным и вместе с тем узнаваемым выражением лица говорит по-русски: "У меня для вас есть подарочек..." Какой подарочек - я уже знаю.
Вопрос с другого конца стола: "Что вы будете делать с этими книгами?" - "Буду читать! Все восемь килограммов".

Об одном из трех мушкетеров и сюрпризах техники

- Моя жена одно время работала заместителем директора в языковой школе в Штатах. Там за гигантские деньги американцы подвергают себя добровольному мучению - за шесть недель осваивают русский язык! Они клянутся в начале занятий, что ни слова не произнесут на родном языке. И вот однажды директор школы предложила показать "Три мушкетера" студентам, чтобы они увидели, что я не просто так там болтаюсь как "муж замдиректора", пусть узнают, что я актер и тоже кое-что умею. Фильм записали на DVD, жена сказала вступительное слово, она обычно сопровождала показы русских фильмов необходимыми пояснениями, и мы уже собрались уходить, но фильм начался. .. Качество - роскошное, я не представлял, что он может так красиво выглядеть. Смотрим. Когда фильм снимался, я играл в театре такие серьезные роли, что "Три мушкетера" мне казались ерундой полной.
Сейчас я понимаю, что был не прав. С каждым годом мне все больше нравится, как мы скачем, как мы играем... И так я расчувствовался, что звоню оттуда Боярскому. Он один на даче, грустный, я согрел его душу похвалой, а под конец спрашиваю: "Ну, ты-то как?" - "Слава Богу". - "Ну замечательно, я тебя поздравляю". Он вдруг кричит: "С чем?!" - "Ну как же, все слава Богу". - "Да нет, сломал ногу!"

О доблести, о подвигах, о славе

- Письмо, полученное мною на концерте в городе Нэшвиле. "Нам нравится ваш Атос великолепной четверки, включая похотливого Д'Артаньяна Боярского.
Многоуважаемый Вениамин! Не в обиду сказать, Майкл Дуглас уж очень похож на вас. Нашей семье очень нравится наша гражданская позиция, а именно, ваш вдумчивый философский настрой и ненависть к фальшу (орфография оригинала. - Е. К.). Вы не русофоб и не иудофил. И каждый раз, встречаясь с вами, мы получаем большое удовольствие".

Как-то я выступал в самом "зазнаистом" университете Америки, в одном из первых ее университетов, Колумбийском, и читал там перед славистами поэзию серебряного века. Когда кончилось выступление, то из рядов преподавателей, которые просыпаются с акмеизмом и засыпают с футуризмом, выходит человек. Такой... видно, что сам себе в нагрузку, хотя на профессора похож. И он мрачно произносит, показывая на меня: "Вот этого человека я видел в спектакле "Час пик" и других". Я плечи расправляю, думаю, дело идет к похвале. И он действительно похвалил. Но не меня, а себя. Он сказал: "Я хочу за все, что сегодня узнал, подарить этому человеку свою книжку!" Теперь эта книжка - наше любимое домашнее чтение, такую не часто встретишь.

О политике и политиках

- Георгий Явлинский в нашей совместной поездке (вместе с коллективом "Московских новостей") однажды поднял тост за моего отца. Явлинский, как и многие экономисты, в том числе и Аганбегян, и Абалкин, учился по его книгам. Так вот, в семидесятые годы Брежнев договорился с Келдышем очистить науку от евреев. В Плехановском институте заменили ректора, ректором стал человек со знаменательной фамилией Мочалов, мерзавец из мерзавцев, и он начал выкорчевывать "пятый пункт". Сотрудники все очень нервно относились к ситуации - и русские, и украинцы, и евреи.
А дело организовали так: ходят нарочные из ЦК КПСС и КГБ, садятся на любую лекцию и у каждого находят недостаточное упоминание трудов Маркса или Ленина... И вот входят они на лекцию Бориса Моисеевича Смехова. Борис Моисеевич начинает писать формулы. Пишет весь урок. И говорит только на языке формул! Комиссия сидит грустная, ничего не понимает - как тут возмутишься, вдруг эти формулы Маркс написал? Так и ушли, несолоно хлебавши.

Записала Елена Климова.
"Советская Сибирь" (Новосибирск), 16.09.2004 г.




Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (10)


Все материалы, представленные на сайте, взяты из публичных источников. Все права сохранены за авторами материалов.
Сайт не претендует на звание официального и является фан-сайтом артиста.
Вниманию веб-мастеров: охотно обменяемся ссылками с сайтами подобной тематики. С предложениями обращайтесь к администратору сайта по аське 30822468.