Веб-сайт В.Б.Смехова : В начало форума
Сентябрь 20, 2020, 07:29:35 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: Дата открытия форума - 18 февраля 2009 г.
 
   Начало   Помощь Поиск Календарь Войти Регистрация  
Страниц: 1 ... 47 48 [49] 50 51 ... 57
  Печать  
Автор Тема: Коллекция ссылок на интернет с прессой о В. Смехове  (Прочитано 212764 раз)
Елена
Global Moderator
Hero Member
*****
Сообщений: 4061


Просмотр профиля
« Ответ #720 : Июль 31, 2018, 05:16:37 »

ВЕНИАМИН СМЕХОВ: «ВЫХОДИТ НЕМАЛО ХОРОШИХ ПРЕМЬЕР»
ЧЕМ ЗАПОМНИЛСЯ УХОДЯЩИЙ ТЕАТРАЛЬНЫЙ ГОД?
ИТОГИ СЕЗОНА 31 ИЮЛЯ 2018 16:37    АННА ТИМИНА


В начале июня премия зрительских симпатий «Звезда Театрала» опубликовала итоги первого этапа голосования. В течение всего лета зрители могут выбрать из лонг-листа понравившиеся спектакли, актерские и режиссерские работы. Какими премьерами запомнился вам уходящий сезон? Этот вопрос «Театрал» задал зрителям первого ряда. В сегодняшнем материале – мнение актера, режиссера и литератора Вениамина СМЕХОВА.
 
– К счастью, сейчас выходит немало хороших премьер, и некоторые из них мне повезло увидеть в этом сезоне.

В феврале в Театре на Таганке вышел спектакль Максима Диденко «Беги, Алиса, беги», посвященный 80-летию Владимира Высоцкого, поэтому для меня последнее полугодие зарифмовалось любимовской школой. Как ученица Олега Табакова, Ирина Апексимова на своем новом поприще дорожит и нынешним, и прошлым. Она с большим уважением относится к старым спектаклям Любимова и в то же время ищет для театра новый путь. Постановка Диденко, я считаю,  завершила ее попытки найти собственную дорогу. Для зрителей спектакль стал праздником доброй театральной фантазии. Театр имеет полное право талантливо «вольничать»,  ведь, в конечном счете, это ведет к рождению таких явлений, как Московский Художественный общедоступный театр, театр Мейерхольда, театр Таирова, театр Любимова и так далее.

Максим Диденко, на мой взгляд, – один из самых нужных сегодня режиссеров. Рад, что в последнее время увидел сразу несколько его премьер – это и «Собачье сердце» в театре «Приют комедианта», и замечательный «Цирк» в Театре наций, и «Хармс. Мыр» в «Гоголь-центре», и вышеназванная «Алиса» на Таганке. Это колоссальный мастер, который постоянно занимается поиском. Он, как и Дмитрий Брусникин, Юрий Бутусов, Виктор Рыжаков и, конечно, лидер этого направления Кирилл Серебренников, способен на прорыв в синтетическом искусстве театра.

Вместе с Максимом над постановкой работали удивительные мастера: художник Мария Трегубова, композитор Иван Кушнир, хореографы Валерий Варнава и Ирина Галушкина. В спектакле звучат песни Высоцкого со знаменитой пластинки «Алиса в Стране чудес» – одновременно увлекательные и мудрые, как вся поэзия Владимира Семеновича. С артистами сотрудничают большие, смешные, трогательные куклы, выполненные мастерами высшего класса.

Я также очень рад был увидеть на Симоновской сцене Театра Вахтангова спектакль писателя, мудреца и режиссера Андрея Максимова «Любовь у трона» – откровенную сказку-фантазию о несчастливом супружестве Великой Екатерины с невеликим Петром III. Восхитился актерской работой Ольги Тумайкиной и Андрея Ильина.

Не могу не сказать про целый букет актерских удач на фоне пушкинской театральной симфонии Кирилла Серебренникова «Маленькие трагедии»: Филипп Авдеев, Никита Кукушкин, Виктория Исакова, Артем Немов, Вячеслав Гилинов, Светлана Брагарник, Алексей Агранович, Ольга Науменко... Приятно, что в союзе с блестящими учениками Кирилла я, как актер, имел честь в этом сезоне снова выступать в спектакле Максима Диденко «Сестра моя жизнь».
Очень сильный спектакль-опера Кирилла Серебренникова и Александра Маноцкова «Чаадский» в театре «Геликон-опера» Дмитрия Бертмана. Очень стильная пластическая трагедия «Катерина Ильвовна» Аллы Сигаловой с вулканически страстной Ириной Пеговой, ученицей Петра Фоменко.

Из недавно увиденного – «Последние дни» чудесного Алексея Бородина: захватывающая история времен юного Петра I и Николая I, где «буря мглою» покрыла и завьюжила интригами и царский двор XVIII века, и пушкинское семейство в 1837-м...

http://www.teatral-online.ru/news/22266/
 
Записан
Ольга Певица
Hero Member
*****
Сообщений: 2329


Просмотр профиля WWW
« Ответ #721 : Август 01, 2018, 11:00:21 »

В Вязниках (28 или 30 июля?) на «Солнечной поляночке» прошел 45-й фестиваль поэзии и песни, посвященный творчеству нашего земляка Алексея Фатьянова.
 
   29 Июля 2018, 20:06
  Со сцены выпил за любовь
 
  В Вязниках на «Солнечной поляночке» прошел 45-й фестиваль поэзии и песни, посвященный творчеству нашего земляка Алексея Фатьянова.
  Открыла концерт Алика Смехова, которая в сопровождении фанфарной группы духового оркестра исполнила всем известную песню «В городском саду играет духовой оркестр». После к ней присоединился ее отец – главный Атос России Вениамин Смехов.
  Отмечу, что в этом году Фатьяновскую премию получили Андрей Романов и руководитель областной филармонии Анатолий Антонов.
  Исполнить стихи и песни на стихи Алексея Фатьянова приехали участники фестиваля со всей России. Среди звезд заслуженная артистка России Татьяна Ветрова, заслуженный артист России Валерий Семин, заслуженный артист Украины Сергей Шеремет, поэт и актер Владимир Вишневский, народный артист России, Украины и Молдовы Александр Морозов.
  Порадовала своим выступлением и финалистка телевизионного проекта «Народный артист 3» Марина Девятова. Со сцены были исполнены такие хиты, как «Соловьи», «Тальяночка», «Где же вы теперь, друзья-однополчане?» и многие другие.
  Один из участников проекта «Фабрика звезд» Марк Тишман, который также порадовал зрителей своим голосом, рассказал, что песни на стихи Фатьянова буквально давят на душу.
  «Это просто уникальный человек. В его стихах есть драма, есть история. Конечно, его песни любят все. Думаю, что и сейчас у нас есть хорошие поэты в стране, но музыка востребована совершенно другая. Я первый раз в Вязниках, но эта поляна, эта сцена – все, как песнях Фатьянова. Дух захватывает», - поделился своими эмоциями Марк Тишман.
  Главным гостем праздника стал Игорь Николаев, который появился за несколько минут до конца фестиваля.
  Он исполнил свои «Поздравляю» и, конечно, выпил за любовь прямо на сцене.
  Завершился концерт совместным исполнением всех участников и зрителей самой знаменитой песни на стихи Фатьянова «Когда весна придет, не знаю …».
  «Я весь концерт пела. Вот сидела и пела. Это уникальный был человек. Как можно было написать столько стихов, от некоторых просто хочется плакать. В следующем году у нас юбилей Фатьянова – 100 лет. Надо, чтобы сюда приехало как можно туристов. Будем работать с Министерством культуры. Сейчас вот решаем, что делать с этой поляночкой. Склон едет. Сцена может тоже рухнуть из-за этого. Будем решать. Приедут специалисты, посмотрят и скажут свое решение, но Фатьяновским праздником будем заниматься и дальше. Конечно, не в Кремле его отметим, но отметим как следует. Как я уже говорила, была область пьющая, а стала поющая. Вот Фатьяновский праздник тому подтверждение», - после концерта сказала Светлана Орлова.
АВТОР: Сергей Фёдоров
https://www.tv-mig.ru/news/society/so-stseny-vypil-za-lyubov/
немного отстали от жизни/прессы/отражении в отпуске.
немного о нём http://www.6tv.ru/news/view/33796/, https://вязники.рф/2018/07/27/fatyanovskij-prazdnik-provedut-veniamin-i-alika-smehovy.html, http://prizyv.tv/2018/07/vedushhimi-fatyanovkogo-prazdnika-stanut-veniamin-i-alika-smehovy/.
Судя по откликам, хороший фестиваль.
« Последнее редактирование: Август 01, 2018, 05:18:58 от Ольга Певица » Записан
Елена
Global Moderator
Hero Member
*****
Сообщений: 4061


Просмотр профиля
« Ответ #722 : Август 07, 2018, 11:06:27 »

"Самоубийца"

http://il4u.org.il/moscow/news/v-moskovskom-centre-sostoyalas-vstrecha-s-v-smexovym
Записан
Елена
Global Moderator
Hero Member
*****
Сообщений: 4061


Просмотр профиля
« Ответ #723 : Август 10, 2018, 01:26:04 »

Смехов чудом выжил в «Таганке»
Долгие годы он являлся одним из ведущих актёров театра
КУЛЬТУРА
10 АВГУСТА, 2018 / 10:28
Вениамин Смехов пришёл в Театр на Таганке до того, как его главным режиссёром стал Юрий Любимов. В просторечии малопосещаемый тогда театр называли «Таганской провинцией», хотя официально он назывался Московским театром драмы и комедии.
Смехов был одним из тех немногих артистов старой «Таганки», кто прижился в любимовском театре. Вместе с ним там работал замечательный артист Готлиб Ронинсон, который стал одним из ведущих актёров Любимова. О Смехове этого сказать нельзя — он был плотно занят в репертуаре, играл большие роли, но театр держался не на нём. По сравнению с Владимиром Высоцким, Валерием Золотухиным, Николаем Губенко, Альбертом Филозовым его театральное положение было скромным. Не стал он и кинозвездой, хотя снимался довольно много.
Всенародную популярность Смехову принёс Атос в «Д’Артаньяне и трёх мушкетерах», после этого он стал знаменит. Своим нынешним положением Смехов обязан тому, что он является одним из самых интеллигентных артистов страны — так было в 60-е годы и осталось в наше время. А ещё он — часть легенды, один из немногих ветеранов «Таганки».
Вениамин Смехов сумел прожить «таганскую» часть своей биографии так, что ему ни за что не стыдно. Это огромная редкость, у его коллег всё сложилось иначе.

Террариум на Таганке
Изначально «Таганка» была союзом единомышленников, но некоторые черты террариума просматривались уже тогда. В ранние 60-е, когда Любимов и его актёры приходили записываться на радио, редакторов поражала грубость и разболтанность «таганской» молодёжи, которая выходила в «звёзды». Глядя на это, Любимов смущённо посмеивался: «Они у меня такие!..». Когда он остался за границей, его артисты дружно набросились на пришедшего в театр главным режиссёром Эфроса: ему портили дублёнку, прокалывали колёса у машины, писали на ней «жид».
Любимов вернулся, Эфрос скоропостижно умер — и вскоре началась война между создателем «Таганки» и его учениками. «Таганка» раскололась, Любимов набрал новых артистов, а потом они выставили его из театра. Междоусобица продолжилась, когда художественным руководителем «Таганки» стала Ирина Апексимова, но ей удалось подавить оппозицию
Кажется, что в самом основании «Таганки» был заложен ген раздора и нетерпимости. Сначала Любимов ставил фрондерские спектакли, воевал с начальством из Министерства и управления культуры, затем война стала внутритеатральной, гражданской. Потом «Таганка» выдохлась, измельчала, и всё перешло в подобие коммунальной склоки. Смехов чудом выжил в театре, ухитрился пройти через эту грязь, не испачкавшись, благодаря своему дару. Он умеет смотреть на шаг вперёд, не любит конфликтовать.
Когда главным режиссёром «Таганки» назначили Эфроса, он ушёл в «Современник». Когда в «Таганку» вернулся Любимов и театр начал раскалываться, он практически вышел из репертуара, доигрывал свои старые спектакли и работал за рубежом. Когда разгорелись страсти вокруг назначения Апексимовой, выставки и постановки к юбилею «Таганки», он пытался успокоить коллег. Смехов всегда оставался воплощением доброты и здравого смысла. За это его и уважали. Всё это было ещё одним проявлением интеллигентности актёра, делавшей его белой вороной.

Смехов актёр и режиссёр
Стремление ставить поэтические спектакли и играть в них по нынешним временам неформатно. Он работал на телевидении как режиссёр, выпускал и документальные фильмы. А то, что кажется неформатным у нас, неожиданно оказалось форматным в США. Смехов выпустил в Америке несколько десятков компакт-дисков в серии «Библиотека русской классики».
Он много работал за рубежом, ставил и преподавал. Смехов гастролирует по России с творческими вечерами, создаёт на телевидении свои любимые поэтические передачи.
У него очень счастливая творческая жизнь. Этим он во многом обязан своему семейному счастью. Его жена Галина — киновед, педагог, режиссёр, сценарист и очень умная женщина. Они вместе вот уже 38 лет, жена во многом направляла его карьеру. Вениамин Смехов не стал ни народным, ни даже заслуженным артистом, у него нет наград — всё это заменяет безупречная творческая и человеческая репутация.

https://news.ru/kultura/veniamin-smehov-aktery-teatr-kino/
Записан
смехов в. б.
Sr. Member
****
Сообщений: 161


Просмотр профиля
« Ответ #724 : Август 10, 2018, 08:22:51 »

Несерьезный газетчик, привычная лихость неопрятных обобщений, глупо сердиться на посредственность, "наградившую" меня лестью невежды...
Записан
Елена
Global Moderator
Hero Member
*****
Сообщений: 4061


Просмотр профиля
« Ответ #725 : Август 11, 2018, 10:43:59 »

Мне кажется, что написать о Вас в таком формате, все равно что пересказать " Войну и мир" на одной странице. Упрощения и обобщения все испортят. Но намерения автора были добрые.
Записан
Елена
Global Moderator
Hero Member
*****
Сообщений: 4061


Просмотр профиля
« Ответ #726 : Август 11, 2018, 10:50:46 »


ВЕНИАМИН СМЕХОВ: «МЕНЯ ОДОЛЕВАЕТ ЖЕЛАНИЕ ВСЁ ВРЕМЯ УЧИТЬСЯ У ВЫСОЦКОГО"


     Ко дню рождения замечательного артиста Вениамина Борисовича Смехова 10.08.2018 г., сайт Шансон - Портал представляет его интервью в Казани, авторам книги «Высоцкий в Казани» - Владимиру Урецкому, Георгию Цыпцыну, Владимиру Гаранину, которым удалось побеседовать с мэтром.
 
     В зале Татарской государственной филармонии имени Габдуллы Тукая 18.02.2018 года выступал прославленный Вениамин Смехов с программой «Я пришёл к вам со стихами». Как создателям книги «Владимир Высоцкий в Казани» – Владимиру Урецкому, Георгию Цыпцыну и Владимиру Гаранину – можно было упустить такой момент и не встретиться с актёром, режиссёром и литератором, который 16 лет плечо о плечо, рука об руку работал со «всенародным Володей» в театре, снимался в кино, ездил на гастроли, в том числе и в 1974 году в Набережные Челны? Дружил, много общался – на репетициях, съёмках, концертах, в дружеских компаниях, в конце концов. Столько подробностей можно узнать!
     Заместитель филармонии по концертной работе Ренат Закиров персонально для казанской троицы авторов устроил 15-минутную встречу с Вениамином Смеховым
 
     Вениамин Борисович может говорить о Высоцком бесконечно:
     - Меня одолевает удивление и желание всё время учиться у человека, который всего на два года старше меня. А мог бы и не удивлять так много: ведь вместе было проведено столько времени! В театре актёры живут если не 24 часа в сутки, то 10 часов в день точно. И тем не менее Высоцкий оказывается гораздо масштабнее, объёмнее и важнее. Ну хотя бы потому, что, согласитесь, никого из русских поэтов так не любили и не принимали за своего, как Высоцкого. Он был близок представителям всех социальных групп: и абсолютно необразованным и, скажем так, низкокультурным, несчастным, бедным, асоциальным, а также людям всех профессий и званий. Назову лишь одного Андрея Дмитриевича Сахарова, который бывал гостем нашего театра на Таганке. Я знаю, как ему был дорог поэт Высоцкий – не певец, не актёр, не бард, а поэт. Так, кстати, и Володя хотел, чтобы его называли – поэтом. Высоцкий многое успел за 20 лет, как Владимир Маяковский за такое же время, но один ушел в 42 года, а другой – в 37.
 
     То, что Высоцкий большой поэт, понимали все его современники. Вспоминается такой эпизод. Андрей Вознесенский привёз из Парижа свою пластинку и по этому поводу пригласил нас с Высоцким в гости. Мы приехали. Володя хотел, чтобы я прочитал свои рассказы, он умел горячо агитировать за своих товарищей. Я почитал свои смешные миниатюрки. Мы пообщались, потом Вознесенский подарил нам по пластинке, мне написал что-то вполне простое, а моему другу сделал такую надпись: «Владимиру Высоцкому – нерву века». Я через много лет понял, как один поэт понимает другого.
     К слову сказать, мы вместе с Володей участвовали в спектакле «Антимиры» по стихам Вознесенского. Это главный режиссёр театра на Таганке Юрий Любимов придумал жанр поэтического представления. Вознесенский приезжал на юбилейные спектакли – 100, 200, 300… Обязательно выступал сам с новыми стихами. Я один сыграл все 400 представлений «Антимиров». Так получилось, что мои товарищи уезжали то на съёмки, то ещё куда-то. А я был всё время в «лавочке». И это отразилось на юбилейной афише. Высоцкой по этому поводу сочинил такой дивный экспромт: «Только Венька – нету слов! – Четыре-Старожил «Антимиров».
     - Об этом вы наверняка рассказываете в своей в недавно вышедшей книге о Высоцком «Здравствуй, однако...»?
     - Конечно. Книжка моя как исповедь, и она составлена из многих моих записей, из дневниковых тоже.
     «Здравствуй, однако...» – это начало письма моих друзей ко мне из Красноярского края, где Высоцкий и Золотухин снимались в фильме «Хозяин тайги». Первые лет 5-6 работы в театре на Таганке мы действительно были трио, из спектакля в спектакль переходили с большими ролями: играли в «Добром человеке из Сезуана», «Павших и живых», «Антимирах», «Жизни Галилея», «Послушайте!» И многие свои впечатления я заносил в записки, потому что до того, как стать актёром, уже был литератором. И искусство слова для меня было важнее, чем актёрство, которое часто приводило к разочарованию в себе.
     То письмо из Красноярского края после ухода Золотухина стало дорого вдвойне. Его мальчишеский тон – это такая наша таганская лексика. Между делом из той части письма, которую написал Валерий Золотухин, узнаю, что Высоцкий не гулял, не пьянствовал, о чём нам сейчас вещает, смакуя, наше вредительское телевидение, а работал ночами над текстами. Действительно, когда же ещё мог Высоцкий создать 700 произведений превосходной поэзии? Володя, шутя, упомянул в письме, что с помощью Валерки написал две хреновые песни. Между прочим, это были «Банька по-белому» и «Охота на волков», два шедевра…
     И замечательно, что в то время благодаря магнитофонным записям песни Высоцкого находили выход. Мы живём в необыкновенной стране: это страна дураков и страна чудес в одно и то же время. Именно в стране чудес могло так случиться: совершенно закрытый для официального разрешения поэт как ни один другой в России и в мире был известен по всей стране. Как сказал на похоронах Высоцкого артист Михаил Ульянов, почти в каждой семье было полное собрание сочинений поэта на магнитофонной ленте – от Бреста до Владивостока. Вот такой феномен.
 
     - В нашей книге «Владимир Высоцкий в Казани» вы тоже упоминаетесь в монологе артиста и поэта, как соавтор спектаклей театра на Таганке.
     - Да, я знаю, что Володя в 1977 году в Казани на встрече с творческой интеллигенцией говорил, что самое важное на Таганке, что Любимов привлекает для создания спектаклей тех, кто умеет сочинять. Высоцкий называет меня в числе таковых, что, конечно, приятно. О себе он говорит, что имеет счастье трудиться в театре как актёр и как поэт. И ещё Володя в Казани в который раз сказал: если на чащу весов положить всё, что он делает в кино, в театре, на эстраде, в жизни, а на другую чашу весов только то, как он работает над стихами, какие труды кладёт на строчки, чтобы они выходили такими, какими ему хочется, то чаша поэзии перевесит.
     Его спрашивали, как он относится к подражателям? А ему подражали и подражают до сих пор, как вы знаете, очень много. Высоцкий назвал подражательство занятием праздным. Очевидно, что подражатели не могут петь, как он. Не потому что голоса другие, а только потому что не могут воспринимать строчки, на которые положено столько труда, так, как автор.
     Статей, книг и воспоминаний о Высоцком выпускается в последнее время много. В моей книге у меня – свой Высоцкий. И мне бывает неловко, когда я слышу от кого-то: дескать, пишу книгу, я знаю, что вы тесно общались с Высоцким, у меня уже выходит издание, времени мало, прошу вас дать мне короткое интервью. Ёлки-палки! Что я умею и знаю о Высоцком – я написал. Может быть, там нет каких-то интересующих интервьюеров подробностей.
 
     Вот, скажем, во время гастролей в Набережных Челнах мы ходили на катере в Елабугу. Высоцкий, естественно, был с нами. Это был пикник, мы приехали, посидели, выпили. Посетили могилу Цветаевой, вернее, как таковой могилы в то время там ещё не было – просто стоял крест, обозначающий место захоронения великого поэта.
     В Набережных Челнах мы жили в гостинице «Кама» на одном этаже. Даже на гастролях на «КАМАЗе» Володя умудрялся звонить Марине Влади, выходил на неё через знакомую телефонистку из Международного телефонного центра. Потом мы в этом центре даже концерт давали, Высоцкий позвал туда выступить и Андрея Миронова, и других известных людей. Кто-то отозвался, кто-то не смог приехать. Помню, там замечательно пел тенор Александр Подболотов, которого Высоцкий очень уважал. Выступал исполнитель романсов прямо в огромном зале, где девчонки-телефонистки сидели на пульте – не могли они оставить своих рабочих мест.
 
     - В этом году 80-летний юбилей актёра и поэта, вы, судя по прессе и телесюжетам, тоже активно участвуете в концертах и встречах в честь Высоцкого.
     - Мероприятий действительно много. Знаете, в связи с этим мне вспоминается наш первый после продолжительного молчания юбилейный концерт в Лужниках – в 1988 году. В честь 50-летия навеки 42-летнего Володи. Мне досталось быть там режиссёром, как захотели инициаторы этого необыкновенного вечера – актриса Алла Демидова и поэт Андрей Вознесенский. Там выступали Евгений Евтушенко, Роберт Рождественский, Юнна Мориц, Александр Градский, Елена Камбурова, Родион Щедрин, Валерий Золотухин, Леонид Филатов, Никита Высоцкий и другие. На огромной сцене была сооружена Таганка – гастрольный вариант декораций, которые придумал наш великий театральный художник Давид Боровский. В зале сидели родители Володи и Марина Влади. И таких необыкновенных зрителей не было больше нигде – чувствовалось такое дыхание зала!
     Андрей Вознесенский выразил радость, что Высоцкому присвоили, хоть и посмертно, звание лауреата государственной премии, власти проявили такое вот внимание к всенародно любимому поэту и актёру. Я, помнится, по поводу этого сказал, что одним из самых важных спасительных витаминов в жизни Высоцкого было чувство юмора. Он не смог бы пройти мимо того, как звучит это «50-летие лауреата государственной премии Владимира Высоцкого». Может быть, он сказал бы, что это вышло сродни «Лауреат нобелевской премии Вильям Шекспир» или что-то в этом роде.
     Безусловно, чувство юмора и при жизни Володи, и сейчас, когда его нет с нами, нас чрезвычайно выручает. Того, что сделал Высоцкий, хватит, чтоб навсегда остаться в наших сердцах. Кстати, аплодировали этому высказыванию вместе с залом и представители государства. Чувствовалось, что это была единая семья людей, которые потеряли своего любимого поэта.
 

Подготовил Владимир ГАРАНИН.
Источник: Журнал «Казань» №4, 2018 г..
На Шансон - Портале
опубликовано: 10.08.2018 г.

+ фото и видео

http://www.shanson.org/articles/veniamin-smekhov-v-kazani
Записан
Ольга Певица
Hero Member
*****
Сообщений: 2329


Просмотр профиля WWW
« Ответ #727 : Август 16, 2018, 02:45:04 »

Я тоже заметила добрые намерения и внимательное изучение материала в "Смехов чудов выжил на Таганке" и при этом ,например, меня царапнули слова о резанной дублёнке Эфроса (и т.п.) и об актёрах Таганки выгоняющих Юрия Петровича (в первом случае я правды не знаю, но слышала много опровержений самих актёров, во втором вспомнила НЕТЛЕТовскую команду Таганки, и не только их, и подумать о них плохо, читая эту формулировку, я не могу). Лена хорошо написала по этому поводу.
К этой теме на форуме: в любой публикации хочется достоверности с учетом журналистской и человеческой этики. Понятно, что тем и информации в нашем мире - море, в каждой теме присутствует специфика каждой освещаемой личности, профессии (которую получают не за 5 минут), проблемы, события (и их смена), но такова профессия журналиста (и её не за 5 минут получают) и есть наша надежда на наши права читателя на достоверность получаемой информации (учитывая тиражи не достоверностей от СМИ и количество расстроенных подобным читателей).
« Последнее редактирование: Август 16, 2018, 03:40:21 от Ольга Певица » Записан
Елена
Global Moderator
Hero Member
*****
Сообщений: 4061


Просмотр профиля
« Ответ #728 : Август 17, 2018, 12:57:55 »

Фрагмент

«Бутусов, Рыжаков, Серебренников, Брусникин, Молочников — это сегодняшние исключения из правил». Интервью-монолог Вениамина Смехова

Гостем программы «Синдеева» на этой неделе стал Вениамин Смехов, актер театра и кино, режиссер телеспектаклей и документального кино, сценарист, литератор.

В 1961 году Смехов окончил театральное училище им. Щукина. Вместе с Владимиром Высоцким играл в Театра на Таганке, также играл в «Современнике» и Гоголь-центре. После роли Атоса в фильме «Д’Артаньян и три мушкетёра» стал популярным на всю страну. Пишет книги. Одна из последних — «Здравствуй, однако... Воспоминания о Владимире Высоцком».

Синдеева: У меня сегодня не день, а удовольствие, потому что в гостях у меня сегодня Вениамин Борисович Смехов, актер, сценарист, актер театра, кино.

Смехов: И путешественник.

Синдеева: И путешественник, и автор книг. И вот мне, знаете, почему еще повезло? Потому что сегодня, когда мы снимаем эту программу, жалко, что это не прямой эфир, исполняется 38 лет со дня ухода Владимира Высоцкого, с которым вы и дружили, и работали, и вот книгу вы мне сейчас подарили, «Здравствуй, однако…», посвященную Владимиру Высоцкому, и вы сейчас сказали, что у вас весь год посвящен Владимиру Высоцкому. А я вот можно маленькой побуду девочкой, которая не застала Высоцкого живьем, я его нигде не видела, я только слышала его песни, я так хочу, чтобы мне о нем рассказали.

Смехов: Смотрите, Наташа, во-первых, спасибо, что пригласили. У меня есть самый близкий мой, и мой, и когда-то Володи Высоцкого, друг — Саша Найвельт, блестящий ученый, но в новое время пенсионер. И Саша, я говорю: «Как назвать твои отношения с телеканалом Дождь?» Он говорит: «Сейчас есть такое слово глупое — фанат, так вот я фанат». Вот под фонарем Дождя стоит такой замечательный мой друг, это апропо.

О Высоцком

Но вообще говоря, «Здравствуй, это я…», мы говорили даже у вас на канале, когда было 25 января. Вот так, этим числом зарифмованы даты Володи, и сегодня действительно 38 лет. Ну и я, как говорится, разогрелся мечтами о книге, хотя много уже заметок каких-то было и раньше, и даже была совершенно счастливая, под музыку грусти, заметка, называлась она «Мои товарищи артисты». Там было пять портретов, это были Славина, Демидова, Золотухин, Высоцкий и Табаков. Это был 1980 год…

Синдеева: Еще жив был, да.

Смехов: За два месяца до ухода Володи. В этой моей книжке, конечно, заново она воспроизведена, эта статья, которую два года вымучивали и не пускали. Такая жизнь была, как что хорошее, так нельзя, вот мы к этому уже попривыкли. Там есть даже заметка о том, как впервые государство решило догнать всенародную любовь и ее возглавить, это был 1988 год, пятидесятилетие Володи, его восемь лет нет на свете. И недавно в интернете я увидел то, что мы тогда делали. Мы — это Филатов, Демидова, Золотухин, я и Никита Высоцкий, а с нами вместе Градский, Камбурова, Евтушенко, Вознесенский, Щедрин…

Синдеева: Это в 1988 году было, да?

https://tvrain.ru/lite/teleshow/sindeeva/smehov-469651/
Записан
Елена
Global Moderator
Hero Member
*****
Сообщений: 4061


Просмотр профиля
« Ответ #729 : Август 19, 2018, 12:20:09 »


RENDEZ-VOUS À MONTRÉAL
Вениамин Смехов: «И вдруг появилась поэзия, и вдруг родился жанр. И все лучшее делается вдруг»
17 августа 2018  |  Наше интервью  |  № 963

Совсем скоро в Монреаль приезжает великолепный актер Вениамин Смехов. Мы с удовольствием публикуем эксклюзивное интервью, которое он дал МВ в преддверии своего выступления.

 — Я впервые попал в Театр на Таганке студентом в начале 1990-х годов. Однокурсница, «патриотка» театра, достала билеты мне и родителям на «Бориса Годунова». Спектакль запомнился, но в памяти остались и не совсем сценические детали: Валерий Золотухин в фойе, которого мой отец угощал ржаными сухариками собственного изготовления, чтобы его любимый актер подкрепился перед следующим актом, и кирпичи — кирпичный фасад театра и, конечно, знаменитый кирпичный задник таганской сцены. В «Борисе Годунове» он в моих глазах был и кремлевской стеной, и расстрельной стенкой. Много позже я узнал, что актеров, сделавших Таганку легендой вместе с Ю.П. Любимовым, в том числе и вас, называют «кирпичами» Таганки. Каково было «кирпичу» тогда, в 1960-1980-е, и чувствуете ли вы себя таким «кирпичом» сегодня?

— Это условное веселое прозвище. Оно родилось, когда театр был уже совсем-совсем взрослый, и наша игра в жизнь иногда вызывала раздражение у Любимова, поскольку у актеров уже появились семьи и собственная жизнь на стороне. На каком-то собрании или сам Любимов, или кто-то из нас сказал: «Ну, конечно, у наших побед на сцене главнее всех главные актеры-строители – кирпичи». И тогда в очередном моем капустнике я объявил девиз: «Достанем из-за пазухи кирпичи и положим их на строительство театра», а дальше шли шуточки о»камнях преткновения», которые должны стать»кирпичами нашего будущего». Это был 1973-й или 1974 год. Тогда у Ю.П. Любимова, который с успехом поставил в Италии оперу, отношение к десятилетнему театру и к нам, конечно, становилось сложнее, и наступила, так сказать, одышка от такого ускоренного развития, когда мы в течение одного сезона играли по 100 раз очередную премьеру.

Ответ, на самом деле, простой – это внутрисемейная ирония, связанная с бесконечными тогда разговорами на собраниях о том, что надо заботиться не только о строительстве личного счастья, но и строить репертуар. Строя репертуар, мы строим свое лицо. А те, кто с самого начала был рядом с Любимовым – в главных и в основных ролях в репертуаре, – они, естественно, и были основным строительным материалом, кирпичами. 23 апреля 1977 года стукнуло 13-летие театра, и наш всемирно знаменитый сценограф Давид Боровский готовил в верхнем фойе Таганки праздник в честь премьеры «Мастера и Маргариты». Была придумана елка с игрушками: голова Берлиоза и Поплавского, грудь Геллы… Очень славный был праздник. Тогда же в фойе была сложена пирамида из кирпичей, на которых были написаны наши имена. Естественно, где-то наверху – Любимов, потом – Славина, Демидова, Золотухин, Высоцкий, Филатов, Шаповалов, Хмельницкий, Васильев, ваш покорный слуга и так далее. Это было весело. Так эта метафора была реализована «по-новогоднему».

— В 1919 г. Соломон Михоэлс писал: «На улице бушевала буря революции, а у нас, евреев, произошло маленькое чудо – родился еврейский театр». Таким образом, чудо рождения театра произошло не благодаря революции, а одновременно с ней, возможно, даже вопреки ее разрушительной стихии. Наоборот, рождение Театра на Таганке органически связано с «бархатной» революцией эпохи оттепели, а в своем искусстве театр неоднократно обращался к истории революции 1917 г., а вы лично – к наследию таких революционных поэтов, как Владимир Маяковский. Как вы считаете: театр – это «чудо» от Бога, противостоящее революционному насилию, или театральное искусство может быть частью революционной стихии?

— Мне кажется основательным мнение многих людей о том, что в России критические, кризисные времена рождают такие всполохи или даже взрывы необыкновенных новостей в искусстве. Но самое яркое время в истории нашей культуры – это, конечно, страшное время конца XIX — начала XX века. Николаевская эпоха с кризисами, с поражением в русско-японской войне, с крестьянскими восстаниями до и во время войны и, наконец, с репрессиями после революции 1905 года. И в это же самое время рождается знаменитый на весь мир русский авангард с поэзией Серебряного века, и это – шедевры живописи, музыки, немого кино, архитектуры. И в театре, конечно, великий 1-й МХТ, и Мейерхольд, и Вахтангов, и Таиров, и ГОСЕТ – чуть позже, но все равно в эту эпоху. Десятые годы XX века – это был прорыв в литературе – символизм, имажинизм, акмеизм, футуризм. Слово «футуризм» кажется мне универсальным для обобщения всего этого движения. Футуризм и сегодня смотрится в наши окна. Я имею в виду молодежь – прорывы нового поколения в искусстве театра в особенности, но не только. Это есть и в музыке. В меньшей степени, но и в визуальном искусстве.

Начало оттепели, 1956 год ознаменовался рождением театра «Современник», а в середине 1960-х годов завершалось время оттепели (конец оттепели положили советские танки в Праге в августе 1968 года) тем, что в Вахтанговской школе – Щукинском училище – родился спектакль «Добрый человек из Сезуана». Впервые Брехт не был умозрительным и холодным. Он был клокочущим, яростным, вызывающим и эпатажным. И не было бы Театра на Таганке, если бы не было благородной защиты тех, кто не побоялся заступиться за это совершенно очевидное поругание соцреализма – на что указывали казенные критики. Но нашлось большое количество умных людей, которым был нужен такой театр, которые были заинтересованы в продолжении эпохи русского авангарда. Любимов – очень яркое лицо в этом смысле. Он был воспитан в недрах Серебряного века и русского авангарда, «театрального Октября» Эйзенштейна и Мейерхольда. Поэтому наш театр с самого начала с удовольствием посещали и Шостакович, и соучастники Мейерхольдовского триумфа – Гарин, Штраух, Зосима Злобин… «Запахло» революцией. Я не очень люблю это слово. Это пакостное дело, оно грозит как раз регрессом. Назовем это прорывом и реабилитацией. Эпоха политической реабилитации – хрущевская оттепель – завершилась реабилитацией театрального языка 1920-х годов. Вот и все.

Так это родилось. И была защита режиссуры Любимова со стороны внушительных авторитетов, таких как Константин Симонов, написавший о «Добром человеке из Сезуана» заметку в газете «Правда», Юрий Завадский, Дмитрий Шостакович, ученые с мировыми именами. Нас, тех, кто «прорвался», в Москве было такое трио: «Современник», Ленком Эфроса и Таганка Любимова. Причем Любимову доставалось больше других, потому что он не делал ни одного шага назад. Он шагал только вперед. А это было абсолютно неприемлемо для официальной демагогии чиновников культуры. Но, несмотря на жестокий надзор партийной цензуры, Любимов настойчиво с нами творил своё. Все-таки сбита такая компания была, которая устояла, в отличие от, скажем, мейерхольдовцев – они ведь быстро стали предавать своего учителя, как только он был объявлен «врагом народа». Они испугались, и этот испуг абсолютно объясним. В наше время, когда Любимов был фактически изгнан из страны и партийное начальство назначило в театр Анатолия Эфроса, надежда у начальства была, что Эфросу наплевать на всякую политику, он будет делать свои изысканные вещи, а у начальства будет при этом возможность незаметно уничтожить Таганку. Даже поменять название театра. Но театр выстоял, актеры не предали Любимова – к изумлению властей и театральной общественности. Из уст в уста передавали рассказ о том, как привезли Эфроса (любимого нами режиссера!), как мы должны были встать, поаплодировать и забыть «врага народа», поскольку слово «Любимов» вычеркивалось из афиш и из наших разговоров. И вдруг, ни один человек не поднялся, никаких аплодисментов. И мудрый Эфрос это все оценил и просто объяснил нам по-своему, что не хотел ни продолжать то, что он сам делал, ни то, что делал Юрий Петрович, а сделать что-то иное… Но это уже другой разговор.

Вот видите – как театр родился, прорвавшись в последнюю щель оттепели, и как театр, фактически, завершился в период кромешного застоя, в эпоху Андропова и Черненко.

— Вы читаете со сцены стихи. С одной стороны, это имеющий глубокие корни и традиции (поэзо-концерты и мелодекламации эпохи Серебряного века и поэтические вечера-митинги 1920-х) сценический жанр. С другой строны, как вы точно заметили в одном из своих интервью, «мы, как и до Пушкина, не дотянулись до Высоцкого», не дотянулись до «правды нашей поэзии». Чтение поэзии – это средство для осуществления ваших художественных целей в театре или миссия, которая выходит за пределы сцены, театра, искусства?

— В моем случае это был, наверное, нормальный путь какого-то личного свойства. Я в свои 22-24 года разуверился в себе, как в актере. У меня не было таких нормальных качеств, как зависть и ревность на культурном уровне. Я просто любил смотреть, как работают в «Добром человеке из Сезуана» мои товарищи, сам участвовал, но собирался в первый же год поменять профессию – уйти в литературу. У меня уже была написана повесть для журнала «Юность». Я спокойно уходил из актеров, потому что никогда не придавал себе какого-то особого значения. Мечтал, конечно, о театре, но вот не получилось, как я считал. И вдруг появилась поэзия, и вдруг родился жанр. И все лучшее делается вдруг. И никто не мог предвидеть, что Юрий Любимов, который так остро, смачно по-мейерхольдовски и по-чаплински расшифровал Бертольда Брехта эпатажными выбросами со сцены в зал, что после этого, в поисках нового своего репертуара он повернется к поэзии, что эти поиски обернутся открытием нового жанра – «поэтическое представление»!

Первым таким событием был спектакль «Антимиры» – Вознесенский. И я с головой окунулся в этот мир, как будто бы прощаясь с профессией, но одновременно получая необыкновенное удовольствие от любимого с детства занятия – любоваться творениями русской словесности и передавать свою любовь, заражать людей тем, что мне самому нравится. Мне никогда не нравились чтецы, которые любуются своими голосами, которые читают не поэтов, а самих себя, изображают «актерские страсти». Но чтение поэзии – дело авторское, соавторское. И Театр на Таганке оказался, как это подчеркивал Высоцкий, уникальным местом, где Любимов работал с нами как с соавторами. (И об этом, в частности, пойдет речь на моем вечере в Монреале. Как и о феномене Высоцкого, до которого действительно надо еще дотягиваться, поскольку он — любимый, хотя и запрещенный, поэт, обладал феноменальной властью над всенародной аудиторией. Загадок много и у других поэтов – у Пушкина и у Бродского, у Маяковского и у Есенина. Но Высоцкий – исключительная личность в мировой поэзии. Он был принят с одинаковой душевной щедростью всей социальной структурой Советского Союза, как будто те из 250 миллионов, кто умеет слышать и читать, все враз полюбили этот голос, эту стихию стиха). Любимов вместе с нами учился быть внимательным к авторам, к поэтам, работал с нами, с теми, кто умел сам сочинять и музыку, и стихи, и драму, и прозу. А это большая компания, которую с удовольствием могу назвать: Высоцкий, Золотухин, Демидова, Филатов, Шаповалов, Дыховичный, Валерий Иванов, Хмельницкий, Васильев… Высоцкий, говоря о соавторстве актеров с Любимовым, приводил в пример меня, поскольку очевидным было мое присутствие в программках спектаклей рядом с Любимовым – трижды или четырежды, когда я был его соавтором – в режиссуре и в литературе. Но главное лицо здесь, конечно, сам Владимир Высоцкий, который, будучи запрещенным по факту поэтом, соучаствовал как соавтор своими стихами во многих спектаклях.

Стало быть, поэзия в театре оказалась спасительной – в том смысле, что я поверил в собственную актерскую судьбу после успеха в этом спектакле «Антимиры». Любимов очень быстро это понял, приблизил меня, ввел в худсовет театра, назначил на основную роль в «Павших и живых», а потом поручил написать сценарий к спектаклю о Маяковском. В этом прежде всего сыграла свою роль любимовская чуткость к слову. Между прочим, для меня есть два человека и два театра, которые можно назвать театрами Слова – это, во-первых, Фоменко, а, во-вторых, Любимов. Петр Фоменко – это кумир моей жизни актерской и театральной. Петр Наумович был первым со-режиссером Юрия Петровича в «Антимирах» и в «Павших и живых», и даже помог мне со сценарием к «Послушайте!» Сам он весь пропитан был Пушкиным, и все его спектакли можно назвать поэтическими. Сегодня – день памяти Фоменко, 9 августа…

— Ваше искусство, выступления и книги донесли и оживили для нас голоса любимых вами русских поэтов, ваших учителей и друзей. Благодаря вам мы лучше знаем и глубже понимаем Иосифа Бродского, Юрия Любимова, Владимира Высоцкого и многих других. И только в вашей последней книге «Здравствуй, однако…» мы начинаем узнавать и понимать Вениамина Смехова. Поэт пишет лирику по велению Бога, но нелегко решиться опубликовать собственные дневники, даже в отрывках. Расскажите, пожалуйста, о том, как на это решились вы. Как была задумана и сделана эта книга?

— В этой книге, действительно, я предлагаю спокойно и с удовольствием открывать поэта Высоцкого. И на своих вечерах в Год Высоцкого, к моей радости, это находит отклик – и в Москве, и в Питере, и в Ярославле, и в Нижнем Новгороде, и везде, где я был. И в Берлине, и недавно в Филадельфии. Значит, людям это интересно, и не одного меня задевает. Но мой случай – особый, поскольку я 16 лет работал с Высоцким рядом на сцене и долгие годы сидели в одной гримерке. Я не осмеливаюсь называть себя его другом, потому что Высоцкий сам в разные времена назначал, кого хотел, друзьями, а когда хотел, раздруживался. Высоцкий шел своим путем, в котором мы только начинаем разбираться.

Мне посчастливилось в последнее время много поработать со стихами для телеканала «Россия-Культура». Там есть прекрасная команда профессионалов и чудесный редактор Екатерина Андроникова, «роман» с которыми – важная страница моей судьбы. За последние лет 8 вышли мои сольные программы «Я пришел к вам со стихами» и программы в цикле «Послушайте», с участием актеров – моих партнеров. К 125-летию Марины Цветаевой вышло сразу 4 программы: Цветаева, Самойлов, Маяковский, Левитанский. Если я это опасное слово «горжусь» сейчас произношу, то это лишь – из чувства благодарности за эти приглашения на канал «Культура».

— И последнее: чем вы порадуете монреальскую публику?

— Я поделюсь всем, что мне сегодня интересно и о чем мы с вами говорили. Но, может быть, два имени надо выделить особо – Владимир Высоцкий и Владимир Маяковский. Маяковскому в этом году – 125, Высоцкому – 80. Но навсегда – это два молодых человека: сорока двух и тридцати семи лет. Будет поэзия – от Пушкина до Высоцкого. И лирика, и юмор. И будет дорогое имя и для Есенина, Станиславского, Мейерхольда, Михаила Булгакова, Юрия Любимова, и для всех нас на Таганке – поэта и комедиографа Эрдмана. «Смех и слезы Николая Эрдмана» – так я назвал когда-то эту тему.

Василий Щедрин
Кингстон — Монреаль

Газета "Место встречи Монреаль"
Записан
Елена
Global Moderator
Hero Member
*****
Сообщений: 4061


Просмотр профиля
« Ответ #730 : Август 19, 2018, 12:50:47 »

Вениамин Смехов
 
Перевес любви и адреналина
 
В 1953 году я — семиклассник в мужской средней школе № 254 на улице 3-я Мещанская в Москве (ныне ул. Щепкина). Много лет спустя выясним, что Женя Евтушенко, учась в ней же, семью классами старше меня, держал в памяти имена наших общих педагогов: Ивана Ивановича Винокурова — директора в офицерских хромовых сапогах, географа Капралова — галифе и солдатские сапоги (на уроке он — резким жестом, рубящим правду: «Животный мир Австралии в большинстве своем — это кенгура и ехидная!») и завуча Надежду Никифоровну (по прозвищу «бочка с кефиром»). Сошлись с Женей в том, что гибельные тучи «второй волны» сталинских репрессий и «борьбы с безродными космополитами» — никак не отразились в учебной ежедневности. Возможно, потому, что наши учителя пережили Отечественную, а 9 мая (в рабочий день) поминали не вернувшихся с войны друзей или родных. Я не могу забыть, как, исполняя в большом зале школы песню:
 
Там вдали за рекой загорались огни…
и без страха отряд поскакал на врага,
Завязалась кровавая битва,
И боец молодой вдруг поник головой…
 
— мы прервали пение, услышав всхлипы зарыдавшей Надежды Никифоровны. Оказалось, что суровая завуч в начале 1920-х, на Гражданской войне, потеряла своего жениха, молодого бойца…
Утром 5 марта из нашего черноухого репродуктора красивый баритон Ю.Б. Левитана повернул страницу жизни всех трудящихся СССР, и нашу тоже. Мой сосед по парте и друг на всю жизнь, талантливый математик Андрей Егоров и я долгие часы после уроков изучали новости по газетам и слухам. Мы знали наизусть имена, отчества, фамилии и должности главных лиц страны и братских республик Европы и Азии. Я вам и через 65 лет назову последних без ошибок: Георги Георгиу-Деж! Клемент Готвальд! Отто Гротеволь! Жак Дюкло! Пальмиро Тольятти! Чжоу Энь-лай! Матьяш Ракоши! У нас, начитанных пацанов, рождались самые удачные планы перемен в Кремле и вокруг него. Но Хрущев нарушил их — и правильно сделал. Говорили, что его самого напугала собственная смелость: такого допуска свободы большевики еще себе не позволяли. Реабилитация, возвращение недопогубленных жертв Сталина и Ленина… Реабилитация кибернетики, генетики, социологии. Тема в главных разговорах: в войне победили не благодаря Сталину и советской власти — а вопреки им! Хорошие новости пошли косяком.
1. Соединили в школах детей обоего пола. Спасибо нашим родителям, мы с Андреем перешли в бывшую женскую, № 235: из 7-го «А» — в 8-й тоже «А». В параллельном классе, между прочим, училась Нина Шацкая — будущая Маргарита у Ю.П. Любимова в булгаковском спектакле, где мне повезло состояться в качестве Воланда.
2. Скучные будни прекратили свое существование: уроки физкультуры начинались с бега по кругу, и я (самый длинный) тупо упирался взглядом в самую миниатюрную, завершающую круг. Влюбился в нее, открыл в себе источник адреналина, стал сочинять стихи, потом, на вечере к юбилею Пушкина, исполнил Онегина с высокой красавицей «Лариной» — и ее полюбил…
3. На пороге 9-го класса я был отправлен мамой в летний молодежный лагерь в Ольгино под Ленинградом и на всю жизнь получил эстетический ожог от красоты города; а вечерами впадал вместе со всем лагерем в танцевальное неистовство: под рентгеновские пленки-диски мы учились недавно запрещенным танго и фокстротам!
4. Меня с опозданием принимали в комсомол, и секретарь райкома неожиданно посекретничал: «Запомни этот день — 14 февраля 1956 года: всю жизнь будешь гордиться датой в своем билете». Это был день открытия XX съезда КПСС…
Далее без деталей — назову только новости непредвиденных подарков в моих 1950–1960-х.
Запрещенное — разрешено! Возвращается джаз: в парке им. Баумана — сам Эдди Рознер! Шанхайцы Олега Лундстрема! Молодой Алексей Козлов! Концерты Ива Монтана: Москва, Ленинград, Киев! Страшное «дело врачей» названо вредительством, врачи на свободе!
1957 год. Я поступил в Щукинское училище, на курс к Владимиру Этушу. Мне 17 лет, рядом Биненбойм и Высоковский, им по 25 лет! Они поступали уже не один раз, почему приняли теперь? Отвечают: приняли за талант, а не принимали — за еврейский «пятый пункт» в паспорте.
Выходят фильмы Чухрая, Хуциева, Алова и Наумова… «Летят журавли», и Таня Самойлова появляется королевой в родном Щукинском училище, победа!
1959 год, лето, перешли на 3-й курс и поехали в Усть-Каменогорск: от ЦК ВЛКСМ, покоряем целину. Это значит: восемь наших и двое гнесинцев — баянист и певец — колесим по бездорожью и безбрежью восточного Казахстана, даем концерты колхозникам — или с грузовиков, или в низеньких домиках-саманках. Незабываема встреча в поселке механизаторов. Ребята обслуживают бездну колхозных хозяйств — машины, комбайны, тягачи, трактора… В отличие от остальных, эти зрители — настоящие. Они тоже никогда не бывали в театрах, но им нас видеть и слушать очень интересно, полезно для жизни. В поселке живут и трудятся мастера — из казахов, ингушей, чеченцев, украинцев, но больше всего здесь — «русские немцы», переселенцы 1940-х годов. По возвращении домой получили свои десять медалей «За освоение целинных и залежных земель»…
А вот еще памятная деталь той поездки в июле 1959 года. Мы оказались на Иртыше и впечатлились размахом стройки Бухтарминской ГЭС. Спуститься со смотровой площадки вниз нам не разрешили: гигантская окружность охранялась колючей проволокой, и мы издалека могли разглядеть зэков-строителей. Нас просветили информацией: заключенные на всех главных стройках коммунизма — явление не случайное, а необходимое. Все наше могущество мирной и военной индустрии, ребята, мы бы не потянули — ни по людям, ни по деньгам. И в 1930-е, и в 1940-е, и сейчас государство тратится только на охрану и контроль, а рабочие кадры вкалывают не на зарплату, а «на статью»… Ну да, теперь здесь — только уголовный элемент, зато в директорах нынче — не инженер и не уголовник, а бывший второй человек в СССР — Георгий Максимилианович Маленков. Вот это да! — воскликнули мы. И как он вам? — А он вызывает уважение у нас, сотрудников ГЭС, а Беляев, 1-й секретарь ЦК Казахской ССР, Маленкову из Алма-Аты новую «Победу» выписал, не «Москвича» какого-нибудь, поняли? Мы не поняли, но кивнули.
Новости 1950-х — это живые телепередачи с Шаболовки, — например, с нашей группой актеров-«целинников». Ни грамма идеологии, весело и по правде. После нас сниматься пригласили Григория Чухрая и героев его фильма «Баллада о солдате» — студентов ВГИКа Жанну Прохоренко и Володю Ивашова. Они были прекрасны и в кино, и в жизни.
В 1961-м наш курс завершился дипломными спектаклями, всех распределили в театрах Москвы. А я покинул столицу, дабы набраться желанного опыта в профессии — по Волге, в театр города Куйбышев (Самара). Вдохновляли меня на подвиги публикации журналов оттепели — «Нового мира» Твардовского и «Юности» Катаева. Герои молодой прозы Гладилина, Аксенова, Кузнецова звали нас: «Чего вы в этой надменной, заплесневелой столице потеряли? Идите, летите, ищите свою молодую удачу туда — в здоровую глубинку, к живым, неиспорченным людям России!»
Хотя через год я вернулся в Москву, опыт испытаний в крепкой театральной провинции очень пригодился. Я участвовал в спектакле «Ричард Третий» — режиссер Петр Монастырский, главный герой — Николай Засухин. Хроники Шекспира мощно попадают в антисталинскую цель. Такие пьесы при Сталине — живом «Ричарде» — не ставились. И по контрасту: в репетициях пьесы местного автора «Звездные ночи» мы, молодежь театра, возбужденно спели «Флибустьеров» Павла Когана — и партбюро, и старые артисты потребовали запретить «пиратскую антисоветчину». И самое сильное отличие от недавнего прошлого: в семьях моих новых друзей — врачей, учителей, инженеров — ведутся (в открытую!!!) горячие обсуждения итогов XXII съезда партии, новинки смелой публицистики, поэзии и прозы, а также громко передаются свежие анекдоты, где героями — и «антипартийная группа», и сам Хрущев, и «примкнувший Шепилов», и звучат частушки: «Растет в Тбилиси алыча — не для Лаврентий ПалычА, а для Климент ЕфремычА и Вячеслав МихалычА!»
В Москве зимой 1962 года я был принят в Театр драмы и комедии, что у метро «Таганская».
Через год на учебной сцене родной «Щукинки» мои младшекурсники сыграли дипломный спектакль «Добрый человек из Сезуана», режиссера-педагога Ю.П. Любимова. Еще через полгода в Театре драмы и комедии с «Доброго человека» пошел счет премьерам любимовской «Таганки». Можно сказать, что дальше, синхронно с нею, двигался и ее «черный человек». Ему не удалось закрыть «Доброго» в материнском чреве «Щуки», но он хорошо знал правила советской демагогии и затаился, уверенный в своем успехе запретителя.
За год до рождения нового театра с трибуны Свердловского зала Кремля в гневе на тридцатилетнего Андрея Вознесенского вождь партии и народа возопил: «Мы хотим знать, кто с нами, кто против нас, никакой оттепели! Или лето, или мороз!». Врагов пока что не называли, но «кто есть кто» —  судя по грубым окрикам оголтелого «мужицкого царя» — все догадывались. И все-таки упрямый Любимов замышляет в конце первого сезона сделать спектакль по стихам Вознесенского. Его вдохновлял не протест, а ресурс: вернуть на сцену традицию стихотворных пьес! Мы жарко взялись за эту молодую поэзию и обрядили ее во все наряды театра: музыка, танец, пение, чтение, диалоги. Успех был невероятный, но ожидание реакции от властей — напряженное. Однако «Антимиры» Вознесенского разрешили легко: властям было временно не до нас: они спихнули Хрущева и горячились насчет распределения ролей в своей драмо-комедии.
В 1966-м — знакомство и на долгие годы — дружба с бывшими узниками совести. Я, как и многие, получал «второе образование»… И каждый год повторялось незабываемое застолье: праздник «Пятое марта». Среди главных лиц назову Вильгельмину Славуцкую (Мишку, как ее звали со времен Коминтерна), Льва Копелева, Евгению Гинзбург (Аксенову), Екатерину Светлову (маму Наташи Солженицыной), Льва Разгона… Невероятно, но факт: репрессированные из разных мест и с различным опытом истязания тела и души — все они, как один, были влюблены в жизнь, мудры и веселы, но при этом беспощадно памятливы ко всему «там» пережитому. Александр Гурвич, вспоминая лагерь в Экибастузе, щегольнул матерным новоязом. Мол, они с соседом-«подельником» — Александром Солженицыным — матерились сочно и просто: «бастуз!» Иногда с буквой «е» впереди. А Володя Высоцкий удивил как-то в нашей гримерке, сокращенно выругавшись: «ссттуз!» — с удвоением согласных — по-высоцки.
Давно расквитались с «коммунизмом» мои дорогие «пятимартовцы», но соглашались входить в одну большую (в 1960-е годы) группу «старых большевиков», сокращенно — «старболов». За культурные интересы группы отвечал Лев Матвеевич Портнов, потерявший на Колыме большую, но, как он выражался, совершенно лишнюю «часть организма». Благодаря его сумасшедшей активности открывались двери самых «битковых» премьер: в «Современник», на «Таганку», к Эфросу на Малую Бронную, к Плисецкой на балет «Кармен-сюита», на супергастроли французов, немцев, англичан… Лично мне по блату досталось место в БЗК на концерт Мстислава Ростроповича, покидавшего после этого советскую страну.
А еще Л.М. Портнов совершил, помню, два подвига. Во-первых, объехал десятка два семей «старболов» и сочувствующих и собрал приличную (и секретнейшую) сумму — машинистке Солженицына за копии перепечатанных «Ракового корпуса», «В круге первом» и рассказов… А во-вторых, он втянул Зяму Гердта и меня в процесс маскировки Роя Медведева, которого жестко «пасли» чекисты у порога его дома. В результате Рой вышел неопознанным — при бороде, парике и усах… (родом из Театра Образцова и с «Таганки»).
Оттепель нельзя назвать Прекрасной Дамой, и Хрущева нельзя числить в царях-освободителях, но подавленная воля к жизни в условиях страны-казармы, при первой видимости демократических перемен, поспешила расстаться со страхом, и дух свободы ожил! С 1956 года и до снятия Хрущева: свобода пленникам ГУЛАГа, прорывы в науке, Гагарин в космосе, вера, надежда, любовь во всех видах культуры — и адреналин как приемный сын оттепели. Я — свидетель этому в жизни любимовской «Таганки».
В медицинском справочнике написано, что адреналин играет важную роль в физиологической реакции «бей или беги». Вот именно так творил театр Любимова: «Бей!» И — никаких «или». Так творили и лучшие писатели.
Я считаю настоящим литературным памятником оттепели рассказ Владимира Тендрякова «На блаженном острове коммунизма». Один из сильнейших прозаиков России, с 1954 года он часто был автором «Нового мира» Александра Твардовского и других изданий, в 1960-е годы его настойчиво атаковала цензура, так что многие яркие произведения Тендрякова увидели свет лишь после смерти писателя в 1984 году. «На блаженном острове коммунизма» — это блестящий рассказ о кремлевских хозяевах страны и культуры, о неуклюжих угодниках хрущевской власти и о наглядных приметах созревания нового культа «без личности». Самые первые строки «Блаженного острова...» годятся для финала моего повествования:
«Слепая Фемида изощренно пошутила, предоставив Хрущеву расправиться со Сталиным. Судьей палача стал человек, которого Сталин считал шутом.»
P.S. В 1998 году я репетировал в Праге, в Национальной опере «Пиковую даму». Тридцатилетие «танкового завершения» оттепели сказалось в процессе моей работы вот как. Чешские и словацкие артисты, выдержав первые две репетиции, где я страстно вовлекал их в коллизии сюжета, а славная переводчица меня аккуратно переводила, вдруг дружно оборвали ее: «Не надо нам переводить! Мы сами понимаем, говорите дальше!» Оказалось: знание русского языка с советских времен ими отменялось — из ненависти к агрессорам. Но время пришло — и они догадались, что русский язык неповинен в грехах СССР, он — язык Чайковского и Пушкина, а не Сталина и Брежнева...
 
http://magazines.russ.ru/znamia/2018/8/odnazhdy-v-50-e.html
Записан
смехов в. б.
Sr. Member
****
Сообщений: 161


Просмотр профиля
« Ответ #731 : Август 19, 2018, 03:08:09 »

СпасиБо, товарищ Форум, за поспеванием за моими новостями. Журналу "Знамя" - слава и почтение - после прочтения!)))
Записан
Елена
Global Moderator
Hero Member
*****
Сообщений: 4061


Просмотр профиля
« Ответ #732 : Август 26, 2018, 10:41:09 »

О Фатьяновском фестивале из газеты "Беломорская трибуна"

Актёр Вениамин Смехов:
Стихи Фатьянова - пример такого вулканизма внутри и такого благородного скромного внешнего так сказать вида. Мне в радость было получить от прекрасной Анечки вот этот подарок…(книгу)
… имена: Пушкин, Лермонтов, Некрасов, Бродский, Высоцкий, Заболоцкий. Вот какая-то такая у нас вязь интересная. А они живы, право же.
И я сказал бы, что я болен был этим именем из-за отца моего, который, придя с фронта, из самых дорогих называл Твардовского, Фатьянова. А дальше случилась дружба и моя, и моего соседа по гримёрке в театре на Таганке - Володи Высоцкого.
Фатьянов с самого детства желал быть актёром. Попал в могучие объятия Алексея Дикого, великого русского актёра, тоже жертвы сталинского режима, и всё-таки великого актёра. В его студии произрастал Алёша Фатьянов до тех пор, пока не ушёл к другому магистру театральных дел, как вы знаете, Алексею Дмитриевичу Попову…
http://moyaokruga.ru/bel-tribuna/Articles.aspx?articleId=190959
Записан
Ольга Певица
Hero Member
*****
Сообщений: 2329


Просмотр профиля WWW
« Ответ #733 : Октябрь 01, 2018, 09:36:05 »

http://www.rewizor.ru/music/intervu/vladimir-zisman-pushkin-i-motsart--sektor-genialnosti/
о будущей постановке
  Владимир Зисман: "Пушкин и Моцарт — сектор гениальности"
  Владимир Зисман о предстоящей премьере спектакля-концерта "На фоне Пушкина…" 9 ноября в ЦДХ
  Автор: Елена Алексеева
  Вениамин Смехов и Владимир Зисман. Фото: Е. АлексееваВениамин Смехов и Владимир Зисман. Фото: Е. Алексеева

  Владимир Зисман, автор литературно-музыкальной композиции по произведениям А.С.Пушкина "Сказка о золотом петушке" и "Моцарт и Сальери", в своем интервью рассказал о будущем спектакле-концерте "На фоне Пушкина…", который состоится 9 ноября в Центральном доме художника на Крымском валу. В новом проекте примут участие: артист театра и кино Вениамин Смехов, ансамбль солистов оркестра Большого театра, солистка театра "Новая опера" Ольга Ионова и юный трубач, лауреат международного конкурса "Ictus Music Competition" Ильяс Невретдинов.
Генератором замысла, разработчиком идей творческого проекта, создателем литературно-музыкальной канвы будущего спектакля-концерта выступил Владимир Зисман. Музыкант, писатель, автор книг о музыке, остроумный собеседник и блестящий эрудит, он поделился с нами творческим поиском, сомнениями и находками предстоящего события:

С чего всё началось, как произошёл такой выбор?

  Такие вещи чаще всего происходят как результат непредсказуемого стечения обстоятельств. Как правило, бывает так: планируется что-то одно, а получается нечто совершенно другое.
  Всё началось с того, что "в воздухе висела идея". Дело в том, что в последнее время, в последние годы, пожалуй, стал очень популярным жанр музыкально-литературного просветительского концерта. Это, кстати, своеобразная фишка Московской филармонии, которая сделала множество таких проектов — артист читает со сцены литературное произведение, а оркестр у него за спиной перемежает слова музыкой.
  Наиболее типичный и очевидный вариант этого жанра — повесть "Метель" А.С. Пушкина с музыкой Георгия Свиридова, написанной к одноименному фильму.  Он настолько популярен, что мне довелось  участвовать в таких пушкинско-свиридовских композициях, как минимум, трижды с разными артистами-чтецами и разными оркестрами. То есть, найденное однажды, действительно, прекрасное решение переходит уже в разряд статистики.
  В принципе, в подобном решении есть своя правда и своя логика – во многих случаях литературная основа и музыка сливаются воедино.
  Поэтому, когда ко мне обратились продюсеры О.Якубович и В.Сергеев с предложением создать подобный спектакль, предоставив при этом полный карт-бланш, я с удовольствием согласился.
Понятно, что какие-то типовые наработки в этом жанре есть, я уже сказал об этом, но хотелось бы найти нетривиальные решения,  использовать  неочевидные литературные пласты и подтексты и, в конце концов, просто показать музыку, которую я очень люблю. 
  Собственно, моя задача и состояла в том, чтобы создать сам спектакль. То есть найти то сочетание литературной основы и музыки, которое было бы интересно не только мне, но и публике.
  Сама по себе задача была для меня чрезвычайно интересна. Но когда выяснилось, что в проекте согласился принять участие Вениамин Борисович Смехов, планка взлетела на совершенно другой уровень.
  В результате размышлений композиция сложилась так — в первом отделении "Сказка о золотом петушке", а во втором — "Моцарт и Сальери" — фактически, пушкинский вечер. При том, что оба произведения между собой совершенно контрастны.

  О чтеце Смехове

  Работать с Вениамином Борисовичем — это просто огромное счастье и везение. Я даже не говорю об актёрском мастерстве — это вообще за скобками.
  Вениамин Смехов. Фото: Е. Алексеева
  Так получилось, что Смехов в широком народном сознании более всего известен как граф де ла Фер, Атос, наиболее благородный и аристократичный из мушкетёров. Это очень точное попадание режиссера Юнгвальда-Хилькевича в человеческий  характер актера, потому что тип личности самого Вениамина Борисовича идеально вписывается в образ Атоса.
  Но здесь скрывается одна проблема. В памяти народной Смехов  — актёр одной роли. Что, безусловно, абсолютно несправедливо. Да я же его помню ещё Клавдием в "Гамлете" на Таганке и по "Десяти дням, которые потрясли мир".
  Раз уж мы говорим о Смехове, не могу не упомянуть историю с его отказом от звания Народного артиста. Дело же не во фронде. Дело в поступке внутренне свободного человека, который хочет чтобы его оценивали как лично его, а не по количеству звёздочек на погонах или ширине лампасов на брюках...
  Просто за этим стоит позиция личного достоинства, которая определяет взгляды человека и артиста Смехова, его поступки, его роли, репертуар его телетеатра на канале Культура: Осип Мандельштам, Иосиф Бродский, Давид Самойлов…
  Вениамину Борисовичу, как я понял, вообще свойственно восторженное отношение и уважение к талантливым людям, и он практически с первых же минут репетиции высказал все тёплые слова музыкантам камерного ансамбля оркестра  Большого театра, участвующим в этой программе.

  О музыкантах

  Это действительно удивительный ансамбль! Почти со всеми из них я работал раньше в разных проектах и оркестрах, так что мы хорошо знакомы друг с другом. Это музыканты такого уровня, которые во время репетиций понимают, что происходит задолго до того, как ты им успеваешь это сформулировать словами. Это артисты, обладающие чувством стиля, и музыка, которая будет звучать в  спектакле, а музыка очень разная — от темы из "Mission Impossible" до Квартета Антона Веберна —  исполняется ими стилистически точно.
 
  О жанре спектакля

  Мы сформулировали жанр происходящего как литературно-музыкальный спектакль. Естественно, я в очередной раз перечитал и "Золотого петушка", и "Моцарта и Сальери". Уже по-новому, под "музыкальным" углом зрения. И в очередной раз увидел в текстах Пушкина новые пласты, слои, как угодно. Пушкин велик, помимо прочего, ещё и тем, что его тексты многоуровневы настолько, что каждый найдёт себе то, что ему доступно — и ребёнок, и академик Лихачёв.
  Тем более, что Пушкин сам сказал — "Сказка ложь, да в ней намёк". Но даже без этой реплики ясно, что дело не в домашней птице, пусть даже и золотой. Речь не о конкретной ситуации в некотором царстве, тем более, что сюжет этой сказки восходит к арабским сюжетам. Речь об архетипе, отсюда и ход моей музыкальной мысли, когда я думаю, что должно прозвучать.
 
  О музыкальной части спектакля

  Есть такие музыкальные сочинения, которые уже стали одним целым с литературным оригиналом. Такова опера "Золотой петушок" Н.А.Римского-Корсакова. И я подумал, что самое очевидное  — это использовать в качестве музыкальной иллюстрации музыку Римского-Корсакова. А значит, нам так делать не надо, тем более, что сам композитор использовал музыкальный язык и музыкальные аллюзии, понятные его современникам. Того же, например, "Чижика-пыжика" в партии царя.
  С момента появления сказки Пушкина прошло почти двести лет, опера Римского-Корсакова написана чуть больше, чем сто лет назад. У современного зрителя совершенно иной исторический и эстетический опыт. Стало быть, я выбираю музыку, знакомую на уровне смысла, знаков и подтекстов зрителю и слушателю XXI века, который всех Додонов прошлого, ХХ века, в гробу видал, причем буквально. Отсюда и выбор музыки. От всей оперы Римского-Корсакова в нашем варианте осталась только ария Шемаханской царицы, поскольку по уровню мелодизма и эротики она остаётся непревзойдённой, а Ольга Ионова, солистка театра "Новая опера", просто завораживает своим пением, исполняя ее в нашем будущем спектакле.
   И то в эпизоде спектакля, связанном с появлением восточной красавицы, будет маленький сюрприз.
Конечно же, совершенно невозможно было отказаться от инструментальной темы Петушка из оперы. Её будет исполнять Ильяс Невретдинов, юный трубач, которого мы ещё недавно знали, как лауреата Всероссийского конкурса "Синяя птица", а теперь он стал лауреатом первой премии международного, очень представительного, конкурса Ictus International Music Competiton.
  Лейтмотив Петушка будет звучать из разных концов концертного зала и каждый раз по-разному. Вплоть до того...
  Все же помнят, что в конце сказки Петушок клюнул Додона в темя и улетел. В конце концов и у Петушка есть чувство собственного достоинства. Так вот в нашем спектакле он ещё и высказал всё что думал в адрес царя. По-своему, естественно. Почти как Римский-Корсаков написал.
  Не хочу выдавать все детали, но музыка, которая прозвучит  — а это музыка Шостаковича, Свиридова, Шнитке, Веберна, Чайковского, абсолютно органично сосуществует в сказочном  пушкинском пространстве "Золотого петушка" с музыкой Лало Шифрина из фильма "Миссия невыполнима" или киномузыкой Тору Такэмицу.

  Второе отделение "Моцарт и Сальери"

  Ой, а про Моцарта я могу говорить бесконечно. В смысле, про Пушкина, Моцарта и Сальери. Ведь фактически мы знаем несколько разных Моцартов. Моцарт-гений известен нам по его произведениям. Реальный Моцарт проступает в письмах и воспоминаниях современников. И существует компромиссная фигура, которая находится между первыми двумя  — это Моцарт Пушкина. Там довольно сложное пересечение образов. Вспомните портрет Моцарта кисти Иоганна Георга Эдлингера. Это последнее прижизненное изображение Моцарта. Ведь здесь ему всего тридцать четыре года. Он отличается от того изображения, к которому мы привыкли на обёртке зальцбургских конфет Mozartkugel, ну если не как Ленин на октябрятской звёздочке от знаменитой фотографии в Горках, сделанной в 1922 году, то по крайней мере как изображение на аватарке в фейсбуке от оригинала.
  Судя по письмам и отдельным моцартовским выходкам, настоящий Моцарт был ближе к тому образу, который создал режиссер Милош Форман в фильме "Амадей". Но мы имеем дело с пушкинским Моцартом.
  Иоганн Георг Эдлингер, 1790. Вольфганг Амадей Моцарт. Фото: из открытых источников
  Главный вопрос Пушкина-Сальери из финала маленькой трагедии по поводу "совместности" гения и злодейства, как показывает практика, яйца выеденного не стоит. Он носит не только риторический, но и вполне инфантильный характер.
  Музыкальный, да и любой другой дар, не имеет ни малейшего отношения к остальным чертам личности. Выдающийся музыкант может быть нравственным идиотом (это медицинский термин, между прочим) как, например, Вагнер, полным кретином в интеллектуальном смысле или просто продажным в любой форме.
  Потому что гений и тип личности — явления, вообще не коррелирующие между собой. Никак.
Но вопрос Пушкиным поставлен на века.
  Мы имеем дело с целым смешением сюжетов и образов в одном постмодернистском пространстве. "Моцарт и Сальери" — маленькая трагедия Пушкина затмила реальные образы. Антонио Сальери был действительно выдающимся композитором, известнейшим педагогом, о котором все вспоминали с благодарностью. Он был, как теперь принято говорить, медиийной фигурой, и то, что у Пушкина является художественным вымыслом, стало большей реальностью, чем сама реальность. По крайней мере медицинские исследования вполне однозначно исключают версию отравления Моцарта.
  И это соотнесение литературы и реальности, показывает совершенно новые картины — ведь все действующие лица, за исключением слепого скрипача, исторические фигуры. И Антонио Сальери скончался всего за год до появления первых набросков трагедии, а вдова Моцарта Констанция и вовсе пережила самого Пушкина.
  Удивительно насколько Пушкин был в курсе музыкальной культуры, к которой относится пьеса. Это ведь практически современная ему, по нашим представлениям, музыка. Причём, это эпоха до интернета, до YouTube, до электронной почты. И когда я подбирал музыку к маленькой трагедии, я просто совершенно буквальным образом шёл за пушкинским текстом. И в нашем спектакле звучит музыка Сальери, да и Моцарта, именно та, о которой говорят антагонисты трагедии  — Моцарт и Сальери. Пришлось ближе познакомиться с творчеством Антонио Сальери и перелопатить на уровне партитуры его оперу "Тарар".
  Йозеф Мелер. Антонио Сальери. Фото из открытых источников
  В результате в постановке будут звучать именно те произведения, о которых в той или иной форме упоминает Пушкин — музыка Моцарта, Сальери и Гайдна. Это чрезвычайно интересная задача сама по себе, но кроме того, такое решение вносит некоторый уровень документальности в спектакль.
  Можно сказать, что ваш творческий продукт будет иметь возрастную универсальность?
  Безусловно! Настолько же, насколько универсальны в этом смысле Пушкин и Моцарт. Тут они уникальны каждый в своём секторе гениальности. Ведь мы начинаем свою жизнь со сказок Пушкина, и перечитываем их на протяжении всей жизни, каждый раз удивляясь тому, что какие-то детали в прошлый раз мы пропустили, а какие-то вещи просто и не могли понять. Так что дети на спектакле увидят одно, а их родители – другое.
  Михаил Врубель. Моцарт и Сальери. Иллюстрация. Фото: chudesamag.ru
  И с Моцартом то же самое.  В одном спектакле рядом находится весёлый и непринуждённый "Мальчик резвый" из "Свадьбы Фигаро" и начало квартета №19, от которого мало того, что волосы встают дыбом, так ты ещё и каждый раз не в состоянии понять, как эта музыка вообще могла быть написана в XVIII веке.

  Что имеете в виду?

  Один из самых драматичных эпизодов маленькой трагедии – это момент, когда Моцарт формулирует центральную мысль пьесы: "…гений и злодейство – две вещи несовместные" и после этого Сальери бросает яд в стакан Моцарта.
  И тут звучит, пожалуй, одно из самых странных сочинений Моцарта – произведение, получившее название "Диссонанс-квартет". Мало того, что это музыка невероятной глубины и трагизма, она ещё и написана совершенно невозможным для того времени музыкальным языком, более естественным для века двадцатого.
   Для многих слушателей, возможно, это будет одним из музыкальных открытий. Таким же, кстати, как и музыка Антонио Сальери, которая прозвучит в спектакле.
  Я очень надеюсь, что художественный результат 9 ноября на сцене Центрального Дома Художника на Крымском валу будет адекватен поставленной задаче. Потому что в одно время и в одном месте соберутся Пушкин, Моцарт, Сальери, музыка, замечательные музыканты, я ещё и про "Золотого петушка" напоминаю, и объединять это всё будет Вениамин Борисович Смехов — актёр и мудрец.
Записан
Елена
Global Moderator
Hero Member
*****
Сообщений: 4061


Просмотр профиля
« Ответ #734 : Октябрь 02, 2018, 08:36:45 »

Вениамин Смехов выступил в рамках выставки, посвященной Маяковскому
21 Сентября 2018 г.

«Маяковский для меня — великий поэт, сделавший революцию в искусстве» (В. Б. Смехов)

16 сентября народный артист России Вениамин Борисович Смехов представил в отделе Государственного музея истории российской литературы имени В. И. Даля «Дом И. С. Остроухова в Трубниках» авторскую программу «От Таганки до Лубянки: история спектакля „Послушайте!“» Мероприятие состоялось в рамках выставки «Владимир Маяковский. Там и у нас» . Вениамина Смехова представил залу директор ГМИРЛИ имени В. И. Даля Дмитрий Петрович Бак.

Любовь к Владимиру Маяковскому Вениамин Смехова пронес через всю жизнь. Легендарный Атос из «Трех мушкетеров» рассказал о том, что стихи Маяковского он полюбил еще в детстве, когда его отец, вернувшись с войны, читал их дома вслух. В школе в Марьиной Роще Вениамин Борисович выиграл конкурс чтецов, исполнив стихи поэта. На уроках литературы будущий писатель и актер подсказывал учительнице, какие произведения вне программы ни в коем случае нельзя обойти вниманием.

«Придя на работу в Театр на Таганке в 1960-е годы, я высказал Юрию Любимову свою идею поставить спектакль по стихам Маяковского. Главное для меня было показать разного Маяковского: и лиричного поэта, и представителя футуризма, и советского идеологического. И вот тут советские бюрократы встали на дыбы: они не могли позволить демонстрировать на сцене не лакированный образ поэта, но его футуристические смелые поэтические эксперименты», — говорил на вечере Смехов. По его словам, на заседании специальной комиссии, посвященной этому спектаклю, находилась и муза поэта Лиля Брик.

Посмотрев выступления, она с отчаянием произнесла: «Закроют!» Вопреки пессимистичным прогнозам, спектакль все-таки вышел и много лет был в репертуаре Таганки. Маяковского в нем играли пять актеров: были Владимир Высоцкий, Борис Хмельницкий, Владимир Насонов, Валерий Золотухин и сам Вениамин Смехов. Отстояли его не только «люди Таганки», но и друзья театра — писатель Лев Кассиль, критик Виктор Шкловский, поэты Андрей Вознесенский и Евгений Евтушенко. Смехов поделился воспоминаниями о том, как непросто жилось творческой интеллигенции в эти годы. Советские чиновники предпринимали множество попыток запретить спектакль, не гнушаясь лжи, дискредитирующей «друзей театра на Таганке».

Этот спектакль, по словам Вениамина Смехова, показывал весь жизненный путь Маяковского и помогал зрителю увидеть поэта разным. «Сейчас многие говорят, что Маяковский — советский поэт и он интересен только с точки зрения истории, но я категорически против такого мнения. Для меня Владимир Владимирович — это воплощение таланта, это человек совершивший революцию в искусстве, и поэтому я часто возвращаюсь к его творчеству», — завершая программу, рассказал Смехов.

Напоследок под аплодисменты Вениамин Борисович прочел несколько стихотворений Маяковского, и зрители с благодарностью и восхищением слушали гениальные строки в исполнении любимого актера.

Констатин Чупринин

https://www.goslitmuz.ru/news/159/7445/

+ фото и видео
Записан
Страниц: 1 ... 47 48 [49] 50 51 ... 57
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by MySQL Powered by PHP Powered by SMF 1.1.8 | SMF © 2006-2008, Simple Machines LLC Valid XHTML 1.0! Valid CSS!