smehov smehow
Главная Друзья Форум
   
Биография
Спектакли
Кинофильмы
Телевидение
Диски
Концерты
Режиссер
Статьи
Инсценировки
Книги
Статьи
Телевидение
Кинофильмы
Спектакли
Фотобиография

"ЧИКАГСКОЕ ЗАЗЕРКАЛЬЕ".

Как актер я давно могу считаться баловнем судьбы. Вахтанговская школа, любимовский театр. Такая режиссура, такие роли, такие партнеры, такие зрители позади! А сегодня - Чикаго. Сегодня - театр "Лукинггласс" (назван он так в честь своего первенца - премьеры "Алисы в Зазеркалье". Сегодня я в стране чудес, и это такая же голая правда, как название моей постановки "Голый король" по Евгению Шварцу.

Я прихожу каждый день на репетицию так, как будто вступаю в собственную юность. У меня тринадцать актеров: это хорошее число, потому что моя любимая роль в театре на Таганке - Воланд в "Мастере и Маргарите". Познавать себя в сравнении с этой молодежью очень интересно. Мы тоже рождались (1964 - 1970) как единая команда. Мы тоже любили друг друга, и мы тоже не боялись мечтать.Мы были окружены кольцом солидных, знаменитых коллег и театров. Старых, как нам казалось, пожилых, древних, маломощных. А мы хотели и умели все! На этом, пожалуй, заканчивается сходство ранней "Таганки" с "Тиэтр Кампани Лукинггласс" в Чикаго.

Кстати, о "Мастере и Маргарите". Я, например, очень верю в неслучайность совпадений, поэтому год назад особо стремился увидеть в Чикаго спектакль с любимым названием. В 1994 году зимой Галю и меня позвал с собой на встречу с актерами "Лукинггласс" известный славист, профессор Ирвин Уайл.

Профессор просвещал актеров насчет Москвы 20-х годов, литературы России первой трети века и заодно научил их петь "Крутится, вертится шар голубой" на русском языке. Затем он переводил на английский все, что мы с Галей имели сообщить театру о Воланде, Булгакове, Таганке и прочих радостях жизни. Через два месяца мы снова оказались в Чикаго - гостями премьеры "Мастер и Маргарита". Совпадения были неслучайными, спустя полгода мы встретились за столом переговоров на тему моей будущей постановки. Прошел еще год, и я так полюбил нынче репетировать с "лукингглассовцами", что спешу объясниться в любви к ним, не доходя до премьеры, то есть до разлуки.

Репетиции

В шесть часов пополудни к дому, где мы живем, подъезжает машина, и через 20 минут мы в здании на 16-й стрит, угол Джефферсона. Театр арендовал помещение в прошлом году, как раз для "Мастера и Маргариты". Все репетиции вечерние, ибо актеры днем вкалывают кто где, зарабатывая право творить не голодая. В субботу и воскресенье репетируем по многу часов (выходной день - это день выхода энергии в любимом деле). Понедельник - перерыв. Но если мне, режиссеру, очень нужно, они могут отменить и этот единственный вечер отдыха.

Я вхожу в зал и говорю на чистом инглиш свое "Хеллоу" и "Хай". Из разных углов несутся ответы на ломаном русском: "Привет! Как дела? Очень хорошо". Они явились сюда заранее, переоделись в репетиционно-тренировочное и занялись делом. Гимнастика, балет, разминка мышц и... памяти: здесь и там собираются по 2 - 3 человека, проверяют знание текста, жестов, мизансцен.

Главный мой помощник - Джен Смит. Она отвечает за спектакль, а это сегодня означает: 1) ее слово - закон для всех участников; 2) ее сценарий - самый точный, 3) ее данные о тексте, расписании, предметах, о каждом из нас, о погоде, о видах на урожай - самые верные; 4) из ее компьютера выходят красивые листы с эмблемой "Голого короля" - о наших текущих и будущих заботах; 5) она самолично, плюс ее ассистент Бриджит, двигает конструкцию, включает вентиляторы для освежения жаркого воздуха, командует началом, перерывами и финалом репетиций. У нее высшее образование театрального менеджера, а еще она дизайнер, и довольно успешный.

Литературная часть, редактор, ассистент-переводчик - одна в трех лицах, моя жена - Галя Аксенова. Ее невидимых функций тоже несколько: например, функция хватателя за руку: "помолчи теперь, объявить должна Джен", или "не повторяй ему, пожалуйста, он все уже понял", или "она в плохом настроении, похвали ее, на сегодня ей хватит замечаний"...

В красивых листах Джен выписаны те страницы, которые я хотел сегодня пройти. Я показываю, как и где надо играть. Актеры шаг за шагом повторяют. Галя записывает мои замечания. Потом все садятся с бумагой и ручками, мы договариваемся о поправках к улучшению, и я объявляю... нет, я обращаюсь к Джен с просьбой, а она объявляет конец репетиции. Актеры аплодируют мне, я - им, после чего они не забывают попросить "некст ворд ин рашен". Затем громко радуются по-русски "Болшое спасиба!" Я отвечаю им на чистом инглиш "Бай-бай!" И мы разбегаемся по домам.

Утро на 42-м этаже

Чем занят мой день до репетиции? Я раскрываю заветную тетрадь, в ней - следы любимого занятия. Любимое занятие - сочинять. В течение месяца я перечитывал Шварца, "переглядывал" чаплинские фильмы, листал страницы нужных мне книг, а потом что-то рисовал, изображал перед зеркалом, бормотал и писал - сочинял партитуру будущего "Голого короля". В результате появилась эта тетрадь, где расписаны все реплики и эпизоды, где разными цветными ручками обозначены необходимые вещи: как появляется персонаж, где в этот момент партнеры, что у него в руках, куда он движется, как именно произносит текст, какая и где звучит музыка, но самое главное - почему все говорится и происходит так, а не иначе, что имеется в виду и какими подтекстами я должен заразить и вооружить моего актера.

Затем я беру другую тетрадь, и потихоньку складываются очертания моей следующей работы: в ближайшее время я должен подготовиться к трем спектаклям. Первый состоится в Берлине (документально-поэтическая композиция о Лили Брик и Вл. Маяковском), второй - в Петербурге ("Горячее сердце" по А.Островскому) и третий - в Мюнхене (опера В.Феррари "Дворик", по Гольдони).

Театр Чикаго поселил нас довольно экзотично - на 42-м этаже небоскреба в форме кукурузы, над самым даунтауном города. С полукруглого балкона, с безумной высоты нас весело приглашают любоваться собой дома-великаны трех-четырех архитектурных эпох.

Все, за что цепляются глаза и уши, мой мозг немедленно посвящает вечерней репетиции. Я знаю, мне поможет Чикаго с 42-гоэтажа...

Артисты чикагские и российские

Даже такой авторитет для нас, юных таганковцев, как Юрий Любимов, ни разу не мог добиться того, о чем бесконечно нас просил - умоляя, крича или угрожая... А в Чикаго я в 19.15 обрисовал весь новый эпизод: играя за каждого актера, называя точно, где падает кинжал, а где звучит музыка, .. и я могу быть совершенно уверен, что в 20.15, вернувшись к этой сцене, у меня зайдется сердце от удивления. Один раз услышав, эти мастера не нуждаются в повторениях. Думаю, что такой степенью мастерства не обладает и большинство западных театров. Мне кажется, есть что-то весьма оригинальное как в характере этой команды в целом, так и в характере каждого. Они очень талантливы как актеры. Они дорого платят за то, чтобы быть вместе. И если уж доверили себя "дяде со стороны", то делают они это так, как об этом мечтать боялись и Любимов, и его братья - небоскребы режиссуры.

Актеры "Лукинггласса" выглядят почти самоубийцами, когда играют свои роли - они сжигают себя с восторгом гения. И чем больше отличается мое требование образа от предполагаемого, тем охотнее актер набрасывается на новую пищу.

Я вижу: перед нашей встречей ходит вдалеке Дэвид Кирснер, прикидывает текст, и по его мимике сразу ясно: он готов сыграть старого глупого короля. Через полчаса я "изображаю" сцену, мешая русские слова с тоже русскими (в прошлом, нецензурными, они очень помогают эмоции и в них заряжена неопознанная взрывная энергия) - убеждаю через переводчика, через примеры Чаплина или Шекспира, Гитлера или Брежнева, насколько важно его королю быть образованным хамом, который тренирует мечту о мировом господстве на жалком огрызке суши с шестью рабами-придворными, одетыми по-военному, но малопригодными к обороне даже себя лично, ибо пять из шести - дамы и бывшие фаворитки короля...

Актер впился глазами, ушами, всем существом в новое предложение... Что уж там они творят внутри себя, как они этому научились, не знаю, но каждый играет удивительно и сразу то, что надо.

В России актер и режиссер - неравный брак. Чаще всего актер оправдывается или обороняет свою "кухню вдохновения": я, мол, еще не накопил внутри, не давите на меня, товарищ режиссер. В Израиле даже очень способные актеры трудно переносят обязанность слушать "чужого дядю", спорят с режиссером и лучше всего умеют творить монологом, без ансамбля. И в Германии, и во Франции, и в Америке, насколько я знаю, актеры культивируют в себе "ранимую тварь", и если хорошо исполняют указания постановщика, то прежде всего по причинам материальной зависимости.

Секрет уникальной мобильности и антиконсерватизма актеров хорошего театра раскрывается в простом и гордом слове "профи". Нет дороже правила, чем труд на своем месте. Свое место для актера - сцена и роль, которую он исполняет точно по заказу режиссера. Хорош или плох режиссер - это другой разговор, но актеру-профи легко и просто следовать "прихотям" режиссера, как скрипачу - прихотям партитуры и дирижера. Но вот загадка: почему я отменил другие (и даже выгодные, скажем) занятия и почему мои коллеги - переводчики, композитор, балетмейстер, - почему все, отложив плановые работы, радостью помогают театру "Лукинггласс"? Конечно, насчет загадки я слукавил, никакого секрета нет. Хорошая компания, отважная молодость, любимое искусство - вечные магниты для уважающих себя театралов. А мое сердце радуется вдвойне: и из-за интересного приключения в театральном Зазеркалье, и потому, что я смолоду исповедую религию дружбы. Слово-то простое, а дело редкостное. И вот под рентованной крышей небогатого театрика силой искусства и дружбы собралась чудесная компания. За себя не говорю, но вот кто рядом, кто украсил дело и восхитил актеров: выдающийся композитор Слава Ганелин (Москва, Вильнюс, Тель-Авив, весь мир), блестящий танцовщик и хореограф Сергей Козадаев (Петербург, Денвер, весь мир), замечательный искусствовед и автор версии Шварца на английском - Ева Сыркина-Белявская (Москва, Иерусалим, Чикаго)... Счастливое дело - дружба. Что же до денег...

Финансовый вопрос

Деньги - необходимая деталь туалета, нет сомнений. Но я для себя уже решил, живя в гостях как дома: мне не нужно много, мне нужно, чтобы было достаточно. В русском языке для этого существует разница между словами "богатство" и "достаток". А бывает, что художник, профессионал, между выгодным контрактом и почти безвозмездным искусством выбирает последнее. Это - из нормальных чудес жизни. В Америке, где я в гостях, моя история вдруг стала похожа на раннюю эпоху Театра на Таганке: во-первых и во-вторых - работа, искусство, спектакли! А в-третьих и в четвертых, вместо денег... - тоже спектакли, работа без остановки. В России - другие причины. А здесь, в Америке, такое отношение государства к театрам, что хочется поспешить с ругательствами. Но если подумать... Такая разумная система, такая мудрая конституция... Смотрят: театр - это место взаимной любви, когда удовольствие одних (служить Богу сцены) оплачено радостью других (отдыхать душой, любоваться из зала). А на такие процедуры бюджет не рассчитан. Конгресс за удовольствия не приплачивает. Какая-то мудрость, пусть и невыгодная для моих коллег, здесь присутствует.

И актеры "Лукинггласс" явно не сетуют на судьбу, видно, тоже верят в эту невыгодную справедливость. Зато они яростно, безоговорочно уверены в своем будущем. Как это заразительно! К тому же у них есть аргументы. Аргумент номер один - спонсоры. Номер два - рецензии. Номер три - успех. Молодость. Профессия. Приглашения в кино и другие театры.

В эти дни репетиций - много бесед об их и нашей жизни. Мы узнали, что их "бизнес" - это школы, студии, театры с хорошими контрактами и съемки для кино и телевидения. И кто бы о себе ни говорил, обязательно прибавляет: но этот бизнес - ради денег, а вот "Лукинггласс"... Самый сильный пример - актер Давид Швиммер. В прошлом году мы его поздравляли с отличным Понтием Пилатом. В этом году его поздравляет и знает вся Америка: он стал популярным актером популярного телешоу "Friends". Недавно он опубликовал статью в "Чикаго трибюн". Основная мысль звучит примерно так: к сожалению, я не играю в новом спектакле, потому что, к счастью, у меня большой бизнес в Голливуде. Но мои друзья знают: я скоро вернусь. У меня будет много средств, чтобы снять кино с "Лукинггласс", и сделать спектакль, и помочь лучшему месту в моей жизни - моему театру...

Совпадение

... И я иду на репетицию "Голого короля", чтобы делать любимое дело с очень достойными партнерами. И знаю, мне опять повезет с разными совпадениями. Прежде всего - с ранней "Таганкой" или с ранним "Современником"...

Я стою на балконе, с 42-го этажа любуюсь Чикаго. Подо мной - мосты, река. Мосты разводятся и относят память к Ленинграду моей юности или к Амстердаму моего интуризма. Мосты разводятся, а река навеки замужем и по любви впадает в великое озеро.

Хорошая примета - удача в любви. Я был однажды в Лас-Вегасе, столице всемирного безумия и игровых автоматов. И я там даже не пробовал играть, по опыту зная, что должен проиграть. А моя Галя сердилась, что ей не везет в азартных играх. Ей простительно, она еще молодая. Она еще поймет, как нам повезло, что нам не везет в Лас-Вегасе. За это судьба наградила любовью. Например, друг к другу. Или, например, на сцене "Таганки" в 1964 г. Или в "Зазеркалье" в 1995 г.

«Московские новости » №72, 19.10.1995



Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (25)


Все материалы, представленные на сайте, взяты из публичных источников. Все права сохранены за авторами материалов.
Сайт не претендует на звание официального и является фан-сайтом артиста.
Вниманию веб-мастеров: охотно обменяемся ссылками с сайтами подобной тематики. С предложениями обращайтесь к администратору сайта по аське 30822468.